Куда девается одежда из контейнеров: расследование

Одежда из контейнера для сбора почти никогда не становится новой одеждой. По оценке Ellen MacArthur Foundation, в новые вещи перерабатывается меньше 1% материала, из которого шьют одежду. Остальное продают за границу на вес, режут на ветошь (тряпки для протирки на заводах и в автосервисах), сжигают или вывозят на свалку. Иногда за десятки тысяч километров от места, где вещь сдали.

Оливковую юбку сдали в магазин H&M в Лондоне. К ней был прикреплён AirTag (маленький трекер Apple, который показывает, где находится предмет). Сигнал прошёл через Объединённые Арабские Эмираты и остановился в Бамако, столице Мали. На пустыре. Юбка проехала 24 800 километров, чтобы оказаться там, где её, судя по всему, просто выбросили.

Это не единичный случай, а часть расследования, которое год следило за 21 вещью. Ниже разобрано, что стало с остальными, куда уходит одежда из контейнеров в Европе, США, Африке, Азии и СНГ и что с этим можно сделать. Самая неожиданная находка касается завода, который должен был решить проблему целиком. О нём ближе к концу.

Что показал эксперимент с AirTag

Эксперимент показал: три четверти хороших вещей, сданных в пункты приёма модных брендов, так и не нашли нового хозяина. Его провела Changing Markets Foundation (европейская некоммерческая организация, которая проверяет экологические обещания компаний) вместе с Zero Waste France и Zero Waste Alliance Ukraine.

С августа 2022 по июль 2023 года исследователи сдали 21 вещь в отличном состоянии: пальто, брюки, куртки. Их отнесли в магазины H&M, Zara, C&A, Primark, Nike, The North Face, Uniqlo и M&S в Бельгии, Франции, Германии и Великобритании, часть отправили по почте в программу Boohoo. Такие программы называются take-back (программы возврата: магазин принимает старую одежду, часто в обмен на скидку). Бренды подают их как вклад в переработку.

Вот что показали трекеры:

• 16 вещей из 21 (76%) уничтожили, оставили на складах или отправили в Африку.
• Брюки, сданные в M&S, пустили в утиль в течение недели.
• Брюки из C&A в Германии проехали 464 км и сгорели в печи цементного завода.
• Худи из Primark проехало 2 346 км по самой Великобритании и оказалось в мусорном контейнере.
• Пуховик из Zara уехал за 2 224 км в Литву и застрял на складе.
• Три вещи оказались в Украине, четыре уехали в Африку.
• Вторую жизнь нашли только 5 вещей. Их перепродали в Европе.

Почему цементный завод? В его печах часто жгут отходы вместо части топлива. В отчётах это называют «сжиганием с получением энергии». Для пальто в отличном состоянии это просто конец пути.

Честная оговорка: 21 вещь - маленькая выборка. Это не статистика по всей отрасли, а срез, как фотография одного дня. Но большие цифры, собранные совсем другими способами, рисуют ту же картину. И они масштабнее.

Сколько одежды реально перерабатывается

В новую одежду не попадает почти ничего. Самую цитируемую оценку дала Ellen MacArthur Foundation (британский фонд, который изучает экономику замкнутого цикла, где вещи не выбрасывают, а пускают в дело снова). В отчёте «A New Textiles Economy» 2017 года фонд посчитал, что происходит со всем материалом, из которого в мире шьют одежду:

• 73% после носки сжигают или отправляют на свалку;
• 12% перерабатывают во что-то попроще: утеплитель, тряпки для протирки, набивку матрасов;
• меньше 1% становится новой одеждой.

Фонд перевёл это в понятную картинку: каждую секунду на свалку или в печь уходит столько текстиля, сколько помещается в мусоровоз.

Второй пункт называют даунсайклингом (переработка в вещь попроще и подешевле исходной). Из свитера получается не свитер, а утеплитель для стен. Это лучше свалки. Но это не тот замкнутый круг из стрелок, который рисуют на бирках.

Отчёту почти десять лет, но свежие данные не лучше. По данным Европейского агентства по окружающей среде (EEA, 2025), в 2022 году жители ЕС произвели 6,94 млн тонн текстильных отходов, около 16 кг на человека. Отдельно собрали меньше 15%. Остальное ушло в обычный мусор вместе с упаковкой и очистками.

В США картина похожая. Агентство по охране окружающей среды США (EPA) подсчитало, что в 2018 году американцы выбросили 17 млн тонн текстиля. Это последний год с подробной разбивкой. Переработали 14,7% текстиля, а одежды и обуви - 13%. 11,3 млн тонн легли на свалки, ещё 3,2 млн тонн сожгли с получением энергии.

Почему одежду так трудно переработать

Проблема в том, из чего она сшита. Большинство вещей - смесь: хлопок с полиэстером, шерсть с акрилом, плюс краска, молнии, пуговицы и нашивки. Разобрать это обратно на чистые материалы - примерно как достать сахар из испечённого торта. Технически можно, но дорого и сложно.

Самый простой способ механический: ткань режут и расчёсывают обратно в волокно. Но волокна при этом рвутся и становятся короче. А из коротких волокон выходит нитка грубее и слабее исходной. Поэтому такая пряжа идёт на одеяла, ковры и ветошь, а не на новую футболку.

Отдельная беда - синтетика. По данным Changing Markets (2023), синтетические волокна составляют 69% мирового производства волокон. Полиэстер - это пластик. Выброшенная вещь из него ведёт себя как пластик: не гниёт годами и понемногу распадается на микроволокна. Подробнее о том, что это значит для здоровья, в разборе чем опасен микропластик и что о нём доказано.

Если в новую одежду почти ничего не попадает, а свалки дома переполнены, куда девается остальное? Большая часть едет туда, где труд дешевле, а контроль слабее.

Куда везут одежду, которую не продали дома

Одежду, которую не удалось продать на месте, отправляют на экспорт, в основном в Африку и Азию. Её прессуют в кипы (плотные тюки, перетянутые лентой) и продают на вес.

Европейское агентство по окружающей среде подсчитало (2023), что экспорт подержанного текстиля из ЕС вырос втрое: с 550 тысяч тонн в 2000 году до почти 1,7 млн тонн в 2019-м. Куда он ушёл:

• 46% - в Африку. Европейская одежда там дешевле новой и идёт на местные рынки. То, что носить нельзя, по словам агентства, в основном оказывается на открытых свалках и в стихийных потоках мусора.
• 41% - в Азию. Там вещи сортируют в особых экономических зонах, перерабатывают в промышленную ветошь и набивку или везут дальше: на переработку в другие страны Азии или на продажу в Африку.

Первые места среди получателей в 2019 году заняли Пакистан и Объединённые Арабские Эмираты. Эмираты - перевалочный пункт: там работают сортировочные центры, через которые одежда расходится по миру. Юбка из начала статьи прошла именно так. Из Лондона на сортировку на предприятие SOEX в ОАЭ, оттуда в Мали.

Что происходит, когда кипа доезжает до Африки? Лучше всего это видно на одном рынке в Гане.

Кантаманто: рынок, куда за неделю привозят 15 млн вещей

Кантаманто в Аккре, столице Ганы, - один из крупнейших рынков подержанной одежды в мире. По оценке The Or Foundation (некоммерческой организации, которая работает с торговцами рынка), туда приходит около 15 млн вещей в неделю. Торговцы тратят на кипы около 325 млн долларов в год.

Кипа - это лотерея. Что внутри, выясняется только после покупки: джинсы, которые разойдутся за день, или вещи, которые никто не возьмёт. Торговцы в Кении рассказали исследователям Changing Markets, что от 20 до 50% вещей в купленной кипе продать невозможно.

Тюки весом около 55 кг носят по рынку на голове носильщицы-кайаей. По данным The Or Foundation, эту тяжёлую и порой смертельно опасную работу выполняют даже девочки с девяти лет.

Что не продаётся, становится мусором. Or Foundation оценивает, что около 40% вещей из средней кипы покидают рынок как отходы. Они оседают в трущобах Олд-Фадама и на побережье Аккры.

Так 40% или 4%?

Здесь расследование делает поворот. В мае 2024 года Ассоциация торговцев подержанной одеждой Ганы опубликовала своё исследование: по её данным, мусором можно считать меньше 5% привезённой одежды. Выглядит как прямое опровержение.

Но цифры измеряют разное. Собственное исследование Or Foundation 2022 года тоже показало, что сразу по прибытии мусором оказывается около 4% кипы. А 40% - это то, что торговцы так и не смогли продать и что в итоге ушло с рынка в отходы. Первая цифра про качество кипы на входе. Вторая про то, что остаётся на выходе после недель попыток продать.

Из этого следует неудобный вывод. Проблема не только в «мусоре под видом одежды». Проблема в объёме: вещей привозят больше, чем людей, готовых их купить.

В Кении картина похожая, но с пластиковым оттенком. По отчёту Changing Markets «Trashion» (2023), в 2021 году в страну отправили больше 900 млн подержанных вещей со всего мира, из них 112 млн напрямую из ЕС. До 458 млн могли оказаться отходами, и до 307 млн из них содержат синтетические, то есть пластиковые, волокна. Самые худшие вещи, которые местные называют «фагиа», сбрасывают в реку Найроби или жгут как топливо, например, чтобы жарить арахис.

Африка - не единственная конечная точка. На другом конце света одежда доезжает до пустыни.

Атакама: пустыня, где заканчивается мода

В Чили одежда со всего мира доезжает до одной из самых сухих пустынь на планете. По данным AFP (2021), в свободную экономическую зону порта Икике (территорию, куда товары ввозят без пошлин) каждый год приходит около 59 тысяч тонн подержанной одежды. Часть покупают торговцы из Сантьяго, часть уходит контрабандой в соседние страны. А около 39 тысяч тонн, которые никто не купил, оказываются на свалках в пустыне Атакама у города Альто-Осписио.

Биография такой вещи охватывает три континента. По данным AFP, одежду шьют в Китае и Бангладеш, носят в Европе, Азии или США, и только потом она едет в Чили.

National Geographic описывает местный рынок Ла-Кебрадилья: больше 7 000 прилавков, кипы весом около 600 кг продают примерно за 20 долларов, а отдельные вещи стоят от 12 центов до 2 долларов.

Синтетика в пустыне почти не разлагается: по оценке, которую приводит AFP, на это нужно около 200 лет. Кучи время от времени горят, и тогда над городом поднимается чёрный токсичный дым.

Почему это не запретить? В Чили с 2016 года действует закон о расширенной ответственности производителя, Ley REP (правило «кто продал, тот и платит за сбор и переработку»). Но на момент репортажа National Geographic текстиль в него не входил: закон охватывал шесть других видов отходов.

Пока всё звучит так, будто переработки нет вовсе. Это не так. Она есть, просто выглядит совсем не как картинка с зелёными стрелками.

Панипат: как старые свитера становятся одеялами

Массовая переработка одежды существует, и один из её центров - индийский город Панипат. По данным Atmos, он перерабатывает больше полумиллиона тонн подержанной одежды в год. Вещи приходят из контейнеров для пожертвований в США и Европе через порты Кандла и Мундра.

Одежду здесь сортируют, распарывают, режут и расчёсывают обратно в волокно, из которого прядут новую нить. Из неё делают пряжу, одеяла, покрывала, ковры и домашний текстиль. Город продаёт за рубеж текстиля примерно на 2,4 млрд долларов в год, около 60% уходит в США. Эти товары попадают в магазины IKEA и Walmart и в лагеря беженцев в Африке и на Ближнем Востоке.

Вот она, та самая «переработка». Свитер не пропадает. Но у процесса есть цена, которой нет на бирке:

• в текстиле Панипата работают больше 200 тысяч человек, воздух в цехах полон пыли и волокон, а тонкие маски почти не защищают;
• местные врачи, по словам Atmos, регулярно видят хронические болезни лёгких у прядильщиков и ткачей, которым ещё нет 30;
• сточные воды красильных цехов без очистки уходят в каналы и колодцы;
• журналисты видели 12-летнего ребёнка, который вырезал молнии из одежды.

Получается, что даже в лучшем сценарии вещь чаще всего становится дешёвым одеялом. Сделанным руками людей, которые платят за это здоровьем.

Бренды это понимали. Поэтому ставку сделали на технологию, которая превратит старую одежду в новую без пыльных цехов. Самая громкая такая ставка закончилась банкротством.

Почему обанкротился завод, который должен был всё решить

Он обанкротился, потому что бренды хвалили переработанное сырьё, но покупали его слишком мало. Шведская компания Renewcell обещала то, чего не умел почти никто: химически перерабатывать старый хлопок в целлюлозную пульпу Circulose (густую массу из растительных волокон, из которой на заводах тянут нить, похожую на вискозу). Это уже не даунсайклинг, а настоящий круг: из старых джинсов снова ткань.

26 февраля 2024 года Renewcell подала на банкротство. Продажи росли намного медленнее, чем ожидалось, и компания теряла около 100 млн шведских крон за квартал. В декабре 2023 года H&M и ещё один инвестор выделили 100 млн крон экстренного финансирования, но это лишь отсрочило конец. Председатель совета директоров назвал день банкротства печальным днём для окружающей среды.

У истории есть продолжение. В июне 2024 года активы купил шведский инвестиционный фонд Altor, компанию переименовали в Circulose. Перезапуск завода в Сундсвалле мощностью 60 тысяч тонн в год запланирован на четвёртый квартал 2026 года. На этот раз производство запускают только под подтверждённые заказы: такие обязательства дали 11 брендов, среди них H&M Group, Mango и Marks & Spencer.

Теперь сравните масштаб. 60 тысяч тонн - это меньше 1% текстильных отходов, которые производит за год один только Евросоюз (6,94 млн тонн в 2022 году). Даже на полной мощности завод переработает каплю в море. Технология сама не спасёт положение: нужен кто-то, кто заплатит за всю систему.

Этим «кем-то» законодатели назначили тех, кто одежду производит и продаёт.

Что меняется: бренды заставят платить за свои вещи

Главный сдвиг идёт в Европе. С 1 января 2025 года все страны ЕС обязаны собирать текстиль отдельно от обычного мусора. А 16 октября 2025 года вступила в силу обновлённая Рамочная директива ЕС об отходах. По ней производители одежды и обуви будут платить сбор за каждую вещь, которую выпускают на рынок. Деньги пойдут на сбор, сортировку, повторное использование и переработку.

Размер сбора будет зависеть от того, насколько вещь долговечна и пригодна для переработки. Чем хуже качество, тем дороже. На создание таких систем странам дали 30 месяцев, то есть заработать они должны примерно к весне 2028 года.

Но есть подвох. Раздельный сбор увеличит объём собранного текстиля, а мощностей для повторного использования и переработки в Европе мало. Из-за этого, как отмечает EEA, большая часть собранного и уходит на экспорт. Если новые мощности не построят, лишнее снова поедет в Африку и Азию. Собрать отдельно ещё не значит переработать.

А как всё устроено в России и Казахстане?

Как это устроено в России и Казахстане

В России, по данным фонда «Второе дыхание» и журнала Т-Ж, ежегодно образуется больше 2 млн тонн текстильных отходов, и большая их часть попадает на полигоны.

У «Второго дыхания» 639 контейнеров и пунктов приёма в 69 городах, с 2015 года фонд собрал 8 695 тонн текстиля. Всё собранное делят на три потока: вещи для носки, сырьё для переработки и мусор. Принцип фонда - не перерабатывать то, что ещё можно носить. Целые вещи получают многодетные и малоимущие семьи, пожилые люди, бездомные и беженцы, часть продаётся в благотворительных магазинах. Изношенное превращают в техническую ветошь, утеплитель, шумоизоляцию и набивку для матрасов, а однородную синтетику - в пластиковые гранулы.

Самые свежие цифры по региону пришли из Алматы. Проект FABRIQA запустил сбор текстиля в феврале 2025 года и за год собрал около 700 тонн. Автор проекта рассказал almaty.tv (сентябрь 2026), что происходит с собранным:

• около 70% становится обтирочным материалом для заводов и автосервисов;
• около 10% уходит на благотворительность;
• 18-19% переработать нельзя;
• 1-1,5% снова носят люди, через секонд-хенды.

Метрика другая, чем у Ellen MacArthur Foundation, но вывод созвучный: из контейнера снова на человека попадает примерно одна вещь из ста, а основная масса становится тряпкой. Спрос на сдачу при этом огромный: весной 2026 года отдельные контейнеры заполнялись за три-семь часов. Но в мае проекту пришлось сократить их число с 40 до 25, и сбор упал до 15-20 тонн в месяц.

Есть и казахстанская версия экспортной цепочки. По данным Комитета госдоходов Минфина РК, которые приводит Inbusiness.kz, в 2022 году Казахстан вывез 51,8 тысячи тонн поношенной одежды, в 62 раза больше, чем в 2019-м. 98% ушло в Таджикистан. Средняя цена экспортной тонны составила 45 долларов, а ввезённой - 2,2 тысячи. Разница почти в 50 раз говорит о том, что ввозят и вывозят товар совсем разного качества.

Картина сложилась. Остался главный вопрос: что делать с пакетом старых вещей, который стоит у вас в прихожей.

Так сдавать одежду в контейнер или нет?

Сдавать стоит, но не всё подряд. Контейнер хорошо подходит для того, что носить уже нельзя. У хороших вещей есть путь короче.

1. Хорошие вещи отдавайте напрямую. Знакомым, в благотворительный магазин, через сайт объявлений. В эксперименте с AirTag вторую жизнь нашли только вещи, которые перепродали в Европе, а не отправили в долгий путь. Чем короче маршрут, тем выше шанс.
2. Изношенное несите в контейнер. Ветошь и утеплитель - не идеал, но лучше полигона. Только не ждите, что из вашей футболки сошьют новую.
3. Узнайте, кто стоит за контейнером. Надёжные операторы рассказывают, куда уходят вещи и в каких долях, как «Второе дыхание» или FABRIQA. Если на контейнере нет ни названия, ни сайта, это повод насторожиться.
4. Носите дольше. Это самый действенный пункт. По данным Ellen MacArthur Foundation, за 15 лет производство одежды выросло вдвое, а число раз, которое вещь надевают перед тем, как выбросить, упало на 36%. Каждый лишний сезон в шкафу - это одна вещь, которая не поедет в кипе. Если покупки случаются сами собой, пока вы листаете ленту, полезно понимать, почему от неё так сложно оторваться.
5. Помните про синтетику. По оценке Ellen MacArthur Foundation, одежда выпускает в океан около полумиллиона тонн микроволокон в год. Хлопок и шерсть тоже не идеальны, но со временем разлагаются, а полиэстер остаётся надолго.

Юбка из Лондона проехала 24 800 километров и закончила путь на пустыре. У вещей из вашего шкафа маршрут может быть намного короче. Сегодня вечером достаньте одну вещь в хорошем состоянии, которую не надевали больше года. Сфотографируйте и отправьте одному человеку, которому она может подойти, или выставьте на сайт объявлений. Это займёт пять минут. И никаких трекеров.

Источники

• Changing Markets Foundation. Take-Back Trickery: an investigation into clothing take-back schemes (2023)
• Atmos. Why one H&M skirt traveled 15,000 miles after it was brought back to the store (2023)
• Ellen MacArthur Foundation. A New Textiles Economy: Summary of findings (2017)
• European Environment Agency. Circularity of the EU textiles value chain in numbers (2025)
• European Environment Agency. EU exports of used textiles in Europe's circular economy (2023)
• US EPA. Textiles: Material-Specific Data (данные за 2018)
• The Or Foundation. What is waste colonialism?
• Fashion Dive. Study questions reports of clothing waste in Ghana (2024)
• Changing Markets Foundation. Trashion: the stealth export of waste plastic clothes to Kenya (2023)
• AFP / Al Jazeera. Chile's desert dumping ground for fast fashion leftovers (2021)
• National Geographic. Chile's Atacama Desert has become a fast fashion dumping ground
• Atmos. The high price of circular fashion in India's recycling capital
• Waste Dive. Textile recycler Renewcell files for bankruptcy (2024)
• FashionUnited. Circulose reopens Sundsvall factory following strategic restructuring (2026)
• Европейская комиссия. Revised Waste Framework Directive enters into force (2025)
• Фонд «Второе дыхание». Программа переработки
• Т-Ж. Переработка одежды: куда сдать вещи и как работает фонд «Второе дыхание»
• Almaty.tv. В Алматы за год собрали около 700 тонн текстиля для переработки (2026)
• Inbusiness.kz. Казахстан нарастил экспорт секонд-хенда более чем в 60 раз за три года (2023)